Крик 5 вышел в 2022 году, и этот фильм стал тем редким событием, когда перезапуск культовой франшизы не просто не разочаровал, а заставил зал рукоплескать. Я помню, как шёл в кинотеатр с заниженными ожиданиями. После ухода Уэса Крэйвена, после скандалов и долгого молчания, казалось, что Крик умер. И вот вдруг – двое режиссёров под псевдонимом Радио Молчание, люди, которые выросли на этих фильмах, снимают новую главу. Смотреть онлайн эту картину сегодня – всё равно что открыть старую, потрёпанную книгу и обнаружить, что в ней появилась новая, неожиданная глава. Та же обложка, тот же запах, но бумага чуть белее. Я заметил одну вещь: создатели не стали игнорировать старые фильмы. Они сделали их частью сюжета. Главные героини – фанатки культовых ужастиков, которые обсуждают правила сиквелов и ребутов на форумах. И когда в маске появляется Гоустфейс, он убивает не просто людей, он убивает ностальгию. Спорный момент, но я считаю, что пятая часть – лучший фильм серии после первого.
Работа художника-постановщика в этом фильме – это тонкая игра на струнах памяти. Они не перестраивали Вудсборо заново. Они нашли старые улицы, старые дома, ту самую кофейню, где работала Татум, тот самый подъезд, где убили Кейси Бейкер. Цветовая гамма здесь приглушённая, осенняя. Жёлтые листья, серое небо, тёплый свет в окнах. Город выглядит как живой музей. Особенно удался дом Сэм и Тары – обычный американский дом с гаражом, который в фильме превращается в осаждённую крепость. Художники продумали каждую дверь, каждое окно, каждый путь отхода. Темпоритм монтажа в Крике 5 – это классика, замешанная на современности. Режиссёры не торопятся. Первая сцена, с Тамарой (которая так отчаянно напоминает нам Дрю Бэрримор), длится почти десять минут. Она нагнетает, она играет с телефоном, она бегает по дому. А когда Гоустфейс её настигает, монтаж становится резким, рубленым, почти документальным. Бэкграунд режиссёров Мэтта Беттинелли-Олпина и Тайлера Джиллетта до этого включал в себя хоррор Напуганные и экшн Кто-то там? Они умели работать с молодыми актёрами и умели создавать напряжение в малом бюджете. В Крике 5 бюджет вырос, но они не стали заваливать экран компьютерными эффектами. Они снимали по старинке: живые трюки, живые маски, живую кровь. Мне показалось, что они отнеслись к наследию Крэйвена не с трепетом, а с уважением. И это правильно.
Сюжет пятого фильма вращается вокруг двух сестёр. Саманта (Мелисса Баррера) и Тара (Дженна Ортега) почти не общаются. Старшая уехала из города, младшая осталась заботиться о больной матери. Но Гоустфейс возвращается. Нападает на Тару, ранит её, заставляет Сэм приехать. И тогда выясняется страшная тайна: Сэм – незаконнорожденная дочь самого Билли Лумиса, одного из двух убийц из первого фильма. Её преследуют галлюцинации, она боится, что сойдёт с ума. И когда начинается новая волна убийств, все подозрения падают на неё.
Мотивация Сэм здесь – это желание защитить сестру и доказать, что она не монстр. Конфликт с Гоустфейсом – это конфликт с прошлым. И когда в финале она надевает маску своего отца, чтобы перехитрить убийцу, это не копирование, а переосмысление.
Второстепенные персонажи здесь – это золотой запас. Дэвид Аркетт возвращается в роли шерифа Дьюи Райли. Он постарел, располнел, у него хромает нога. Он живёт в трейлере, пьёт пиво и не участвует в жизни города. Но когда звонит Гейл, он берёт пистолет и едет. Его гибель в середине фильма – это шок. Он делает это не для славы, он просто хочет спасти девочек. Его смерть – не спойлер, это дань уважения. Кортни Кокс играет Гейл Уэзерс. Она стала телеведущей, она жесткая, циничная, но в глубине души она любит Дьюи. Их сцены вместе – это элегия по несбывшейся любви. Нив Кэмпбелл появляется в финале, и её Сидни – уже не финальная девушка, а крепость на горе. Она спокойна, она знает, что делать, она не боится. Её приезд в старый дом, где начался кошмар, – это момент силы.
Актёрская игра здесь – это сплав старой школы и новой. Мелисса Баррера играет Сэм как внутренне надломленного человека. Её глаза – то пустые, то горящие безумием. Дженна Ортега играет Тару, которая с первой минуты истекает кровью, но не сдаётся. Их сестринская связь – это новый двигатель франшизы. Джек Куэйд играет Ричи, парня Сэм. Он кажется милым и глупым, но в финале оказывается одним из убийц. И его мотивация – безумие чистой воды. Он фанат фильмов Крик, он возненавидел последнюю часть и решил снять своё продолжение в реальной жизни. Это гениальная сатира на токсичных фанатов, которые ненавидят новые фильмы за то, что они не похожи на старые. А потом убивают создателей.
Техническая часть здесь – это оммаж старой школе. Операторская работа использует длинные, плавные кадры в тревожных сценах и ручную камеру в моменты паники. Звук – старый, добрый звонок телефона с голосом Роджера Джексона. Конкретная сцена, которая врезалась в память. Смерть Дьюи. Он приезжает в больницу, чтобы спасти Тару. Он один, у него нет подкрепления. Он идёт по коридору, слышит звук выстрела. Гоустфейс отвлекает его звонком. Дьюи, старый пёс, не стреляет сразу, он пытается разговаривать. И в этот момент маньяк выскакивает из боковой двери и вонзает ему нож в спину. Несколько раз. Дьюи падает, но ползёт к лифту, чтобы отключить его и спасти девочек. Успевает. И умирает. Никакой музыки, только звуки больницы. Сцена длится минуту, но она шокирует сильнее, чем любое убийство подростка. Потому что уходит символ детства.
Вердикт такой. Стоит ли смотреть онлайн Крик 5? Да, и без вариантов. Это фильм, который дарит надежду, что старые франшизы могут возродиться. Тем, кто вырос на первых частях, будет и больно, и радостно. Тем, кто не видел ни одного Крика, можно начинать с пятой – она самодостаточна, но тогда вы не поймёте, кто такой Дьюи и почему его смерть так бьёт. Детям до восемнадцати не рекомендую – крови много, иронии ещё больше. Взрослым – обязательно к просмотру. Я бы поставил этому фильму восемь с половиной из десяти. За смелость убить легендарного персонажа, за сатиру на фанатов, за игру Мелиссы Барреры и Дженны Ортеги. Крик 5 – это не перезагрузка. Это тихое, гордое продолжение. Оно говорит: старые герои уходят, но их дело живёт. Даже если им пришлось заплатить за это жизнью.