Парк Юрского периода 1 часть (1993) смотреть онлайн

Великий замысел и маленькие люди, которые его разрушают

В центре этого фильма — трое учёных и двое детей. Сэм Нилл в роли доктора Алана Гранта — палеонтолога, который ненавидит детей, но в конце спасает их. Я помню его по другим ролям, но здесь он — само воплощение сурового ученого, который видит живой мир мелового периода и теряет дар речи. Сцена, где он трогает шкуру трицератопса и говорит: «Это не птица. Это ящер. Настоящий», — сыграна так, что веришь: он готов разрыдаться от восторга. Лора Дерн в роли доктора Элли Сэттлер — ботаника, которая лечит больного динозавра пальцами, засунутыми в кучу помёта. Она — голос разума и сострадания. Её сцена с Хэммондом за мороженым, где она кричит: «Вы не имели права создавать их!», — это этическая ось всего фильма. Джефф Голдблюм в роли доктора Яна Малкольма — математика-хаоса, который предсказывает катастрофу и ничего не делает, чтобы её предотвратить. Его монологи про «неустойчивость системы» — это поэзия. И он носит расстёгнутую рубашку, потому что он — рок-звезда от науки. Их троица — лучшее актёрское трио девяностых. Дети — Тим и Лекс (Джозеф Маццелло и Ариана Ричардс). Они не раздражают. Они боятся, ошибаются, но помогают взрослым. Сцена, где Лекс взламывает компьютерную систему парка, а Тим дразнит раптора зеркалом в кухне, — это детская смекалка, поднятая на уровень героизма. Ричард Аттенборо в роли Джона Хэммонда — дедушка, который построил парк, но забыл, что природу не контролируют. Он говорит: «Мы заплатили за них миллионы. Они не могут просто так умереть». И Грант отвечает: «Нет. Они выживут сами». В этой реплике — весь фильм.

Злодей здесь — не динозавр, а человек. Деннис Недри (Уэйн Найт) — программист, который за 1,5 миллиона долларов отключает систему безопасности, чтобы украсть эмбрионы. Его смерть от яда дилофозавра (маленького ящера с воротником) — самая ироничная в истории кино. Он бежит к машине, плюётся ядом, а потом динозавр высовывает язык и шипит. Недри садится в авто, но не может завести его, потому что динозавр сидит на пассажирском сиденье. И улыбается. Это жестоко, смешно и страшно одновременно. И этот смех — последнее, что слышит Уэйн Найт.

Кукла весом в тонну и свет фонаря в темноте

Техническая часть «Парка Юрского периода» — это заслуженный «Оскар» за визуальные эффекты. Работа художника-постановщика — пожалуй, главное достижение фильма. Парк построен в павильонах и на натуре. Посетительский центр — это стекло, белый металл и зелень джунглей за окном. Лаборатория, где выводят динозавров из пробирок, — это чистая фантастика, ставшая реальностью. И главное — динозавры. Стани Уинстон и его команда создали аниматронных монстров весом до девяти тонн. Тираннозавр, который выходит из загона и атакует машины, — это кукла, управляемая двадцатью операторами. Компьютерной графикой дорисованы только ноги и хвост. Остальное — реальный робот. Сцена, где рекс заглядывает в окно машины и дышит на стекло, — это не CGI, это кукла, которую поднесли к актёрам. И от этого мурашки. Оператор Дин Канди («Чужой») использует много ручной камеры, чтобы показать страх. В сцене погони за детьми в кухне камера дрожит, как будто это документальная съёмка. Свет — это отдельный герой. В парке всегда солнечно и радостно. Но когда отключают электричество, мир погружается во тьму, и от света остаются только фары машин и фонарики в руках героев. Тираннозавр появляется из темноты — сначала только нога, потом хвост, потом — челюсть. И это страшнее, чем если бы мы его увидели сразу. Бэкграунд режиссёра, который начинал с ужасов («Дуэль»), виден в каждой сцене. Спилберг знает, когда показать монстра, а когда — только его тень. Тень раптора на стене, когда он подбирается к детям в кухне, — это классика саспенса.

Темпоритм монтажа у Спилберга — плавный, даже когда всё взрывается. Сцена атаки тираннозавра на машины длится почти десять минут. Она начинается с дождя, потом рекс вырывается из вольера, потом ломает ограду, потом переворачивает машину, потом — тишина. И снова — рык. Звук здесь — работа мастера Гэри Райдстрома. Рёв тираннозавра (лев + слон + крокодил) звучит так, что у зрителя в зале трясутся колени. А шаги веток под ногами раптора — это просто щелчки когтей по полу, но они заставляют сжимать подлокотник. Музыка Джона Уильямса — тема парка, торжественная и тревожная, — до сих пор звучит в голове, когда я захожу в любой зоопарк. Всё-таки этот фильм — учебник по звукорежиссуре для любого блокбастера.

Конец парка, начало легенды

Эпилог фильма — самый умиротворяющий в истории динозаврового кино. Грант, Сэттлер, Малкольм и дети летят на вертолёте. Они смотрят на остров, на парк, который уже никогда не откроется. Грант смотрит на пеликанов, которые летят рядом с вертолётом, и говорит: «Посмотри. Динозавры и птицы — родственники». А потом пилот спрашивает его: «Ну, что дальше?». Грант смотрит на свой клочок земли в Монтане и отвечает: «Никогда ещё я так не хотел вернуться в свой кабинет». Он гладит по голове спящего Тима и улыбается. Крупный план: шляпа доктора Гранта (та самая, которая падала, когда он впервые увидел динозавра) лежит на коленях. И титры. А в памяти — ревущий на прощание тираннозавр. Настоящий король. Не того парка, а всего экрана.

Вердикт: «Парк Юрского периода» — лучший фильм о динозаврах. И один из лучших фильмов в истории. Кому стоит смотреть? Всем. Детям — чтобы испугаться и полюбить динозавров навсегда. Взрослым — чтобы вспомнить, каково это — смотреть кино с широко открытыми глазами. Тем, кто никогда не видел — немедленно включить. Тем, кто видел тысячу раз — пересмотреть. И найти ту самую сцену, которая заставит сердце биться быстрее. У меня это сцена в кухне. У друга — сцена с тираннозавром в зеркале заднего вида. У каждого фаната — своя. И это прекрасно. Кстати, о том, где смотреть. Уже сейчас «Парк Юрского периода» смотреть онлайн можно на всех платформах мира. Я бы порекомендовал смотреть онлайн этот фильм на большом телевизоре, в темноте и с хорошей звуковой системой. Потому что это не просто кино. Это путешествие во времени. В 1993 год. В мир, где динозавры были живы. И где Спилберг был королём блокбастеров. Спорный момент, но для меня этот фильм — лучшее, что сделано в Голливуде за последние 50 лет. Я не преувеличиваю. В нём есть всё: страх, восторг, юмор, драма и магия. Да, именно магия. Потому что динозавры на экране — это не спецэффекты. Это ожившие мечты тех, кто в детстве смотрел на кости в музее и представлял, как эти кости двигаются. Спилберг оживил их. И теперь они будут жить вечно.