1997 год стал годом большого разочарования для фанатов динозавров. Ведь этот фильм, «Парк Юрского периода 2», какого чёрта? (Простите, вырвалось). Режиссёр Стивен Спилберг, вернувшийся после «Списка Шиндлера» к развлекательному кино, получил в руки лучшую франшизу десятилетия и бюджет в 75 миллионов долларов. И что же? Он снял фильм, который сам же и раскритиковал через уста своего героя. Мне показалось, что Спилберг устал от динозавров. Он хотел снимать серьёзное кино, а ему пришлось делать сиквел. И он сделал его на автомате. Ведь «Парк Юрского периода 2» — это даже не фильм ужасов, а какой-то странный гибрид: приключенческий боевик, экологическая проповедь и сцена, где динозавр бегает по городу. Спорный момент, но я бы поспорил с теми, кто называет эту часть худшей во франшизе. Нет, третья часть хуже. Вторая — просто неудачная. Бывает и такое, когда великий режиссёр ошибается. Но ошибка Спилберга всё равно интереснее, чем успех кого-то другого. Всё-таки «Парк Юрского периода 2» — это фильм, который хочется пересмотреть, чтобы понять: где же он свернул не туда? И ответ прост: когда решил показать динозавров в городе. За 24 года до «Мира Юрского периода 2».
В центре этого фильма — доктор Ян Малкольм (Джефф Голдблюм). И это лучшая часть картины. Его Малкольм — математик, который предсказал катастрофу в первом фильме, и теперь его никто не слушает. Он хромает, он в депрессии, он носит чёрную кожаную куртку и отпускает едкие замечания по поводу каждого идиотского поступка окружающих. Сцена, где его бывшая девушка Сара (Джулианна Мур) звонит ему с острова Сорна (того самого, где бросили динозавров) и говорит: «Я в беде», а он отвечает: «Ты же учёный, ты должна была знать», — это весь его персонаж. Голдблюм играет усталого гения, который устал быть правым. Его монолог в начале фильма: «Через пять лет динозавры будут в Сан-Диего. И никто не спросит, нужно ли это», — звучит пророчески. И когда в финале это происходит, он не говорит «Я же говорил». Он просто закрывает глаза и качает головой. Спилберг дал Голдблюму свободу импровизации, и половина его реплик — это чистый Джефф. «Вы прошли через джунгли, чтобы найти меня. Следующий раз просто позвоните».
Рядом с ним — Джулианна Мур в роли Сары Хардинг, специалиста по поведению хищников. Её героиня умна, смела и… абсолютно невыносима. Она наматывает на себя куртку, пропахшую кровью детёныша тираннозавра, и тем самым привлекает родителей к лагерю. Она лезет в гнездо, чтобы изучить птенцов, и чуть не погибает. Она делает всё, чтобы зритель заорал: «Да оставь ты динозавров в покое!». Мур играет её с такой убеждённостью, что начинаешь ненавидеть свою любимую актрису. Пит Постлетуэйт в роли Роланда Тембо, охотника, который хочет убить тираннозавра ради трофея, — это настоящий мужской персонаж. Он не злодей, он профессионал. Сцена, где он обливается динозавровой мочой, чтобы спрятать свой запах, а потом стреляет в рекса транквилизатором, — это чистое кино. Он единственный, кто в финале остаётся на острове, потому что «здесь моя работа». Его уход в туман — лучший момент фильма.
А вот Ричард Аттенборо в роли Джона Хэммонда появляется только в прологе. Он уже старик, он понял, что был неправ. Он отправляет команду на остров не для спасения динозавров, а для съёмок. И это цинично. И правильно. Второстепенные персонажи — это просто корм для динозавров. Их так много, что не запомнишь. И это минус: в первом фильме каждый герой был личностью. Здесь — статисты в красных футболках. Даже наёмник Эдди (Ричард Шифф), который погибает в самой жестокой сцене франшизы (его разрывают два тираннозавра пополам), не вызывает сочувствия. Потому что у него нет характера. Есть только крик.
Техническая часть «Парка Юрского периода 2» — это, бесспорно, великое зрелище. Спилберг привёз на остров Кауаи (Гавайи) аниматронику в натуральную величину, и эти куклы до сих пор выглядят лучше, чем компьютерная графика 2015 года. Сцена, где два тираннозавра атакуют трейлер, — это эталон саспенса. Герои заперты в стеклянной кабине, которая висит над обрывом. Родители-рексы толкают её мордами, шатают. Стекло трещит. Мальчик прячется под креслом. Сара (Мур) зажимает ему рот, чтобы он не кричал. А снаружи — рык, от которого трясётся земля. Оператор Януш Каминский (обычный соавтор Спилберга) снимает эту сцену с низкой точки, так, что динозавры занимают три четверти кадра. Мы чувствуем их дыхание. Мы видим, как внутрь затекает слюна. Это великое киноужаса. Цветовая гамма этого фильма — это туман, зелёный лес и серое небо. Нет ярких красок, как в первом фильме. Мир стал мрачнее. Работа художника-постановщика: домик-лаборатория на острове, где герои находят старые эмбрионы и записи Хэммонда, — это отсылка к первому фильму. Но всё это — как дежавю. Бэкграунд режиссёра, который начинал с коммерческих клипов, виден в сцене погони за стадом зауроподов. Камера парит над их спинами, а потом резко ныряет вниз, к ногам бегущих людей. Это красиво, но бессмысленно.
Темпоритм монтажа — быстрее, чем в первом фильме, но медленнее, чем в третьем. Спилберг не гонится за экшеном, он выстраивает напряжение. Сцена, где герои идут по высокой траве, а в траве прячутся рапторы, стала мемом. И она до сих пор пугает. Потому что ты не видишь врага, ты видишь только колышущиеся стебли. Звук — как обычно, на высоте. Рёв тираннозавра, записанный с помощью льва, слона и крокодила, до сих пор остаётся эталоном. А вот музыка Джона Уильямса в этом фильме слабее. Главная тема «Затерянного мира» — тревожная, но не запоминающаяся. Чего не скажешь о сцене, где рекс бегает по Сан-Диего. Это уже не ужас, это комедия. Динозавр ломает автобус, жрёт собачку (это было оскорбительно для зрителей 1997 года), а потом заходит в игрушечный магазин и лижет витрину. Спилберг, зачем?
Самое спорное решение — это перевезти тираннозавра в город. Только что герои еле спаслись от него на острове, а теперь он бегает по улицам Сан-Диего, пугая таксистов. Это выглядит глупо. И Спилберг, кажется, сам это знает. Финал, где рекса усыпляют транквилизатором, а потом возвращают обратно на остров, снят как пародия на самого себя. Малкольм говорит: «Оставайтесь в машинах, не выходите». И люди, конечно, выходят. И их топчут. И это смешно, хотя должно быть страшно. Всё-таки «Парк Юрского периода 2» — это фильм, который не знает, чем он хочет быть. Ужасом? Приключением? Сатирой? Он пытается быть всем сразу и не становится никем. Кроме одного: он — предтеча. За 24 года до «Мира Юрского периода 2» Спилберг придумал сценарий, где динозавры вторгаются в город. И сделал это плохо. Но саму идею — украл Треворроу и сделал лучше. Так бывает. Гении ошибаются, а подражатели исправляют.
Вердикт: «Парк Юрского периода 2» — фильм, который стоит посмотреть ради двух сцен: трейлер на обрыве и трава с рапторами. Всё остальное — лишнее. Кстати, о том, где смотреть. Уже сейчас этот фильм смотреть онлайн можно на всех платформах. Я бы рекомендовал смотреть онлайн «Парк Юрского периода 2» после первой части, но — с выключенным звуком в финале. Или просто закрыть глаза, когда рекс выходит из корабля. Или не смотреть вообще. Но если вы фанат — вы его уже видели. И пересматриваете раз в пять лет, чтобы убедиться: да, он действительно хуже, чем я помнил. Спорный момент, но я всё равно его люблю. Потому что это Спилберг. Потому что там есть Джефф Голдблюм, который говорит: «Ваши учёные так увлеклись вопросом «могут ли», что забыли спросить «должны ли»». И это умная мысль. Жаль, что фильм, в котором она звучит, сам же её и нарушает. Бывает и такое. Ладно, идите смотреть на динозавров. Но помните: они умнее нас. И когда-нибудь они выйдут из кинотеатра. И побегут по улицам. Не дай бог, конечно. Но Спилберг предупреждал. Не слушайте его, но имейте в виду. А я ставлю фильму крепкую троечку.