Индиана Джонс 3 часть (1989) смотреть онлайн

Почему оператор Дуглас Слокомб снял пустыню как гимн, а художник Эллиот Скотт построил гробницу мечты

Техническая команда «Последнего крестового похода» работала на пределе человеческих возможностей. Оператор Дуглас Слокомб, которому на момент съёмок было уже под семьдесят, снял третий и последний фильм в серии, и, по его собственному признанию, он считает эту часть лучшей из всех. Цветовая гамма здесь — это не просто красивая картинка, а полноценный рассказчик. Пустыня Петра в Иордании, где снимали финальную сцену с храмом Грааля, залита золотисто-оранжевым светом, который делает песок почти жидким, текучим. Этот цвет — цвет надежды, поиска, вечности. А сцены в Венеции, наоборот, выдержаны в сырых, сине-зелёных тонах — вода, камень, древние гробницы. Слокомб, который начинал свою карьеру ещё в 1930-х годах в Польше (и пережил там вторжение вермахта!), использовал свой опыт документалиста, чтобы снимать с рук там, где это нужно, и с трёх штативов — там, где требовалась статика. Он не пользовался экспонометром, полагаясь только на глазомер, и это чувствуется в каждом кадре — они живые, дышащие, неправильные в самом хорошем смысле этого слова.

Темпоритм монтажа здесь — это, пожалуй, главное достижение Спилберга и монтажёра Майкла Кана. Фильм «Индиана Джонс 3» состоит примерно из полутора тысяч установок — это в три раза больше, чем в обычной драме. И при этом ты не устаёшь. Потому что Кана и Спилберг понимают: в приключенческом кино нельзя давать зрителю заскучать. Сначала пролог — юный Инди (его играет Ривер Феникс, и это гениальный кастинг) на поезде с цирком. Там ритм рваный, бешеный, почти хаотичный. Потом — спокойные сцены в университете, где мы знакомимся с профессором. Потом — нарастание: Венеция, библиотека, катакомбы, погоня на лодках. И кульминация — танк, скалы, пропасть. Спилберг признавался, что сцена на танке была расширена с нескольких страниц сценария до одиннадцати минут — и это решение спасло весь третий акт. Без этой погони фильм был бы слишком «разговорным». А с ней — он становится идеальным.

Бэкграунд режиссёра Стивена Спилберга к 1989 году был уже усеян блокбастерами и драмами. Но именно здесь он наконец-то позволил себе расслабиться. Он не пытался быть серьёзным, как в «Списке Шиндлера» (который ещё не был снят), и не пытался быть мрачным, как в «Храме Судьбы». Он просто играл. И в эту игру включил Тома Стоппарда — драматурга, который без указания в титрах переписал практически все диалоги. Спиллерберг сам признавался: «Том отвечает практически за каждую реплику». Именно Стоппард придумал знаменитый обмен репликами «Fly, yes. Land, no», сцену с Броуди, который теряется в Искендеруне, и почти все шутки про отца и сына. Без него «Последний крестовый поход» был бы просто хорошим приключенческим фильмом. А с ним он стал классикой. Прямо-таки чувствуется, как Стоппард, мастер интеллектуальной комедии, наводил порядок в черновиках Джеффри Боама — вырезал скучные сцены, усиливал антагонизм, добавлял эскалацию. И Спилберг с благодарностью принимал эти правки, потому что понимал: иногда лучший режиссёр — это тот, кто умеет слушать.

Харрисон Форд, Шон Коннери и тот самый момент, когда отец называет сына «Инди»

Актёры в «Индиане Джонс 3» — это, без преувеличения, лучший ансамбль во всей франшизе. Харрисон Форд здесь играет не просто героя-action, а сына. Его Инди становится уязвимым, обидчивым, почти мальчиком. Сцена, где он срывает с отца шляпу и говорит: «Ты никогда не верил в меня», — это уровень драмы, который не снился предыдущим частям. Форд и Коннери репетировали не так много, но их химия на экране — это чистая магия. Коннери, которого Спилберг хотел ещё на роль отца в первом фильме, согласился только на третью часть. И правильно сделал. Его Генри Джонс-старший — это не просто «старый профессор», а человек, который в глубине души так же авантюрен, как и сын, просто подавляет это в себе. Сцена на дирижабле, где он вырубает нациста зонтиком, а потом смотрит на свои руки с изумлением — это чистое комедийное золото.

Элисон Дуди в роли Эльзы Шнайдер — двойной агент, которая работает и на нацистов, и на Индиану, но в итоге предаёт обоих. Она не карикатурная злодейка, она жертва собственной жадности. Дуди играет её с холодной эротикой, но в сцене, где она выбирает золотой Грааль и умирает, в её глазах мелькает что-то почти человеческое. Жалко её? Нет. Но и радости от её смерти нет.

Джулиан Гловер в роли Уолтера Донована — антагониста, который сначала кажется союзником, а потом оказывается главным злодеем. Стоппард переписал его роль так, чтобы предательство стало неожиданным. Без этого «Последний крестовый поход» потерял бы половину напряжения. Майкл Бирн в роли полковника Фогеля — классический нацист-злодей, который кричит, стреляет и погибает на танке. Тоже карикатура, но какая сочная! Джон Рис-Дэвис возвращается в роли Саллаха, и его сцена с Броуди в пустыне — «Я провёл с ним полжизни» — добавляет тепла. Денхолм Эллиотт в роли Маркуса Броуди — это вообще отдельная песня. Его персонаж, который в первом фильме был мудрым хранителем, здесь превращается в рассеянного чудака, которого похищают нацисты. И это решение — чистой воды Стоппард. Он понял, что комическая разрядка нужнее, чем очередной серьёзный диалог.

И, конечно, пролог с Ривером Фениксом. 17-летний актёр играет юного Индиану так, что ты веришь: это тот же самый человек, только злой и неуклюжий. Сцена с поездом, со змеями, с хлыстом — это идеальная настройка зрителя на нужную волну. Феникс скопировал жесты Форда, его ленивую улыбку, даже походку. Мне показалось, что это одна из лучших «молодых версий» персонажа в истории кино — наравне с Юэном Макгрегором в роли молодого Оби-Вана.

Фильм «Индиана Джонс 3» заканчивается тем, что герои уезжают в закат. Буквально. Кадр, где Инди, Генри, Броуди и Саллах скачут на лошадях на фоне огромного оранжевого солнца, стал символом всей трилогии. Это конец. Конец не только поисков Грааля, но и конца эпохи. Спилберг больше не будет снимать Индиану (пока не вернётся через 19 лет с четвёртой частью, но лучше об этом не вспоминать). Этот финал — квинтэссенция всего, за что мы любим кино: приключения, дружба, семейные тайны и вера в то, что добро (пусть и не без потерь) всё-таки побеждает.

Я рекомендую этот фильм всем, кто хочет понять, почему Индиана Джонс стал культурной иконой. Тем, кто считает, что современное кино разучилось снимать приключения (и будет прав). Тем, кто ценит химию между актёрами, умный юмор и операторскую работу, которая делает пустыню живым существом. И тем, кто просто хочет смотреть онлайн что-то, что гарантированно поднимет настроение. «Последний крестовый поход» — это не просто фильм. Это учебник. Учебник того, как надо снимать кино. С душой, с юмором, с верой в то, что зритель не идиот. И этот учебник не устаревает. Даже спустя тридцать пять лет. «Так вот что значит бессмертие», — говорит Инди, глядя на удаляющегося рыцаря. И мы с ним соглашаемся. Потому что настоящее кино никогда не умирает. Оно просто ждёт своего часа, чтобы снова выйти из тени. Как тот самый рыцарь. Как сам Индиана Джонс.